Еще ни разу со времен Льва Николаевича Толстого интерес французов к русскому писателю не был столь сильным. Человек вне категорий, Захар Прилепин в юности поддержал движение национал-большевизма, которое было основано весьма противоречивым, но довольно интересным деятелем Эдуардом Лимоновым, совсем недавно ушедшим из жизни.

Сегодня Прилепин называет себя левым консерватором. Но прежде всего, это человек, безумно влюблённый в свою необъятную страну. Внук обычного «мужика», Захар Прилепин прорастает своими корнями в самую глубь русской земли. Выходец из провинции, рязанского села Ильинка, не испорченный ни Москвой, ни Петербургом с их свойственным всем мировым столицам своеобразным чувством собственного превосходства, наподобие того, что наблюдается у жителей квартала Сен-Жермен-де-Пре в Париже.

Окончив филологический факультет, Прилепин поступит офицером в ОМОН (спецподразделение МВД), а в 1996—1999 годах будет служить в Чечне. Это будет его первый боевой опыт, о котором он расскажет в своем романе «Патологии» (переведен на французский язык в 2007 году).

В великом противостоянии, тянущемся веками между славянофилами и еврофилами, Прилепин решительно выступает на стороне первых. В декабре 2014 года он публикует недвусмысленный текст, где заявляет о том, что в вопросе принадлежности России к европейской культуре «ситуация парадоксальная — 0,01% населения навязывают свои обезьяньи представления остальным 99,99%». В числе проевропейских деятелей он приводит, в частности, небезызвестных «филантропов» Бориса Березовского, Романа Абрамовича и Михаила Ходорковского. И этим всё сказано!

Из более чем десятка переведенных на французский язык книг плодовитого автора, я бы отметил три произведения, которые, как мне кажется, лучше всего отражают сложную и вызывающую неподдельный интерес личность автора и прекрасно резюмируют три этапа его беспокойной жизни. Во-первых, «Санькя», во многом автобиографическая повесть, рассказывающая о жизни молодого воинственного «нацбола» (национал-большевика) в полуразрушенной, обескровленной России, которая пытается очухаться после резкого и разрушительного либерального эксперимента Ельцина. Это почти нигилистический этап жизни Прилепина, на котором, как когда-то Достоевский, он в каком-то смысле воссоединяется со своими старшими братьями-декабристами в противостоянии с императорской властью.

Алкоголь и сумасшедшее насилие кажутся единственным выходом для потерянной молодежи, не находящей себя в этом постсоветском обществе, с восторгом или ужасом погрузившимся в потребительство, на котором выигрывают лишь самые сильные, самые удачливые или напрочь лишенные совести. Но уже в этом юношеском романе проявляется «синтезистский» дух автора, который пытается примирить крайности, указывая на утраченное основание того, что наводило ужас на западных буржуев и что они прозвали «красно-коричневой» идеологией. В этом стремлении объединить защиту слабых и любовь к Родине утверждается антибуржуазный дух, которым будут проникнуты всё творчество Прилепина и его воинственная позиция.

Вторым ключевым произведением для лучшего понимания глубины автора является книга «Обитель», увидевшая свет в 2015 году и повествующая о первом большевистском концлагере, расположившемся в монастыре на Крайнем Севере.

Но в этом документальном романе, что отличает его от творчества Солженицына, Прилепин дает высказаться — не осуждая — всем, кто там жил, не только жертвам, но и их истязателям. Как он сам говорит в интервью, которое дал в Париже по случаю выхода его книги: «В 20-е годы лагерь Соловки был удивительным местом. Там находились церковнослужители (…) рядом с павшими чекистами (…), социалисты-революционеры, меньшевики, крестьяне, рабочие, аристократы, актёры, музыканты, представители всех конфессий. Это был своего рода Ноев ковчег».

И в герое Артема Горяинова, сосланного в лагерь по обвинению в отцеубийстве, мы находим отголоски «Братьев Карамазовых» Федора Достоевского, где один из братьев убивает лишенного всякой человечности отца. Артем — это воплощение всех трёх братьев Карамазовых, чьи черты характера символизируют сложность русского человека, одновременно смиренного и предприимчивого, верующего и атеиста, интеллектуального и мужиковатого, восторженного и здравомыслящего, в котором уживаются одновременно добро и зло.

И вновь сквозь произведение красной нитью проходит главная мысль Прилепина, стремящегося разрешить противоречия русской души и примирить противоположности. Как он сам говорит: «„Обитель“ прочёл Патриарх Русской Православной Церкви Кирилл, отец которого был заключен в Соловках, а с другой стороны, я получаю письма от дочери начальника лагеря Эйхманиса, которая пишет, что портрет её отца, который я рисую в книге, безупречен. Эти два полюса соединяются».

Наконец, в своей книге «Письма с Донбасса. Всё, что должно разрешиться… Хроника идущей войны» Прилепин рассказывает о своей деятельности в поддержку «сепаратистов», оправдывая ее так: «Я русский писатель, и будучи таковым, я сохраняю приверженность мужчинам и женщинам, которые говорят на моем языке».

Но помимо плотской солидарности с теми, кто говорит на его языке, что заставляет его рисковать жизнью в окопах Донбасса, Прилепин находит в этой народной революции антибуржуазный дух, который его воодушевляет. Именно для борьбы с купеческим миром Прилепин, вместе с шахтерами и земледельцами Донбасса, а также с добровольцами со всего постсоветского мира, вступает в ряды донецкого народного ополчения. И именно там он подружился с Александром Захарченко президентом Донецкой Народной Республики, убитым в 2018 году. Прилепин, социал-патриот, и Захарченко, потомок казаков, монархист и христианин, добились бы ключевого синтеза, великого примирения красных и белых, совместно защищая Родину-мать.

Возможно, через проявление своей любви ко всем Россиям, Прилепин и исцеляет русский мир от его противоречий, изобретая тем самым национал-синкретизм.

Сталин и Николай II вместе против Маммона? Кто бы в это мог поверить?

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять
РЕФЕРЕНДУМ