Автор: Константин Трошин


Сама Первая мировая война была и ошибкой, и опытом, который не пошёл впрок. Понятно, что у мировой войны были причины, их особенно легко перечислять после того как события произошли.

Точно знали о грядущей войне те, кто её готовил: узкий круг правящих политиков, финансистов и промышленников, офицеров генеральных штабов. Но и они не знали того, что это война нового типа, открывающая новую эпоху.

Мир, причём, именно цивилизованный мир Европы, технически подошёл вплотную к возможности уничтожения человечества. И не ужаснулся, а в лице большинства своих интеллектуалов ожидал «очищения войной», подвигов, героев и дивидендов; несколько условно говоря, материализации идей очень европейских (западноевропейских), идей Ницше о «сверхчеловеках» и «воле к власти». Готовность элиты цивилизованного европейского мира к массовому уничтожению людей во имя абстрактных идей, как правило, ложных – есть и опыт, и главное интеллектуальное направление развития цивилизованного мира в последние сто лет. Дикари убивают за еду, ради удовлетворения физиологических потребностей, полудикари – за религиозную веру, а элита Европы, принимающие исторические решения политические, экономические и интеллектуальные лидеры – «племенные вожди» двадцатого и двадцать первого века – убивают за национальное освобождение, за жизненное пространство, за демократию против тоталитаризма, за европейский выбор и против международного терроризма и тому подобное. Через информационные возможности двадцатого и двадцать первого века они заражают этими идеями десятки и сотни миллионов людей и бросают их в мясорубку войны. Дикари могут убить сотни, даже тысячи (и гораздо больше, если в их руки вложить оружие, придуманное цивилизованными европейцами). Европейцы на мелочи не размениваются, они готовы убить и убивают миллионы, десятки миллионов людей. Корея и Вьетнам, Афганистан и снова Афганистан, Ирак и снова Ирак, Югославия, Ливия, Сирия, Украина. Это только самые кровопролитные «эпизоды» и только после Второй Великой войны, которая сама стала продолжением и закономерным следствием Первой мировой войны. Кажется, Фош сказал о Версальском мире: «Это не мир, это перемирие на двадцать лет». В своё время Франция не забыла позора поражения во франко-прусской войне, потери Эльзаса и Лотарингии, гигантской контрибуции. Отчего же Германия должна была забыть унижение от Версальского мира, территориальные потери, контрибуцию, пакет больших и малых ограничений, исключения из числа великих держав, наконец.

И Гитлер долго казался западным интеллектуалам (не левых взглядов), даже после прихода к власти в Германии, приличным человеком. Несколько экстравагантным, но разумным политиком, сумевшим остановить угрозу большевизма для Германии. Ну, изолировал разных Тельманов, коммунистов, а заодно и социал-демократов в концентрационных лагерях: издержки наведения порядка посреди хаоса. Такому человеку не жалко отдать Австрию, подарить Судетскую область Чехословакии, естественно, во имя мира для Европы. А ещё больше для того, чтобы руками Гитлера, Германии «окончательно решить» российский вопрос, уничтожить большевизм и СССР. Не только «Париж стоит мессы»: это так по-европейски, прагматично и предельно близоруко одновременно. Ведь Гитлер ясно написал ещё в двадцатых годах, что жизненное пространство для Германии он видит на Востоке, отказывается от борьбы на Западе, от борьбы за колонии, что цель его – уничтожение «еврейского большевизма». Если не свой, то понятный и приемлемый. Если в ходе реализации «благих целей» евреям Германии и востока Европы придётся претерпеть некоторые неудобства «окончательного решения еврейского вопроса», печально, но второстепенно. Ещё один пример западноевропейского прагматизма и ещё один опыт и урок: ментальность западного человека и политика не допускает окончательных принципов, принципов и обязательств, от которых никогда нельзя отступить ни при каких обстоятельствах. Для него всё имеет свою меновую стоимость, продать и купить можно всё.

Более внимательно на исторических примерах рассмотрим этот принцип беспринципности западного политического менталитета. Когда в 1920 году Красная Армия подходила к Варшаве и, казалось, что Польша Пилсудского доживает свои последние часы, лорд Керзон, министр иностранных дел Великобритании, направил в Москву ноту с предложением провести границу между Польшей и Советской Россией по этническому принципу, то есть примерно по той же линии, по которой сегодня проходят границы Польши с Украиной и Белоруссией, по той границе, которая установилась между СССР и оккупированной немцами польской территорией в 1939 году, то есть по границе, якобы, раздела Польши, между Гитлером и Сталиным. То, что именно эта линия разграничения государств разумна и справедлива, говорит тот факт, что после распада СССР и сегодня Украина и Белоруссия не спешат передать эти, якобы, польские территории Польше, а Польша не выдвигает подобных претензий (по решению Тегеранской конференции после войны Польша получила территориальные компенсации за счёт территории Германии). И европейские политики ни в 1991 году, ни сегодня не ставили и не ставят вопрос о восстановлении «исторической справедливости» и возвращении Польше этих украинских и белорусских земель. Это при том, что тезис о разделе Польши и на этом основании якобы виновности СССР в развязывании Второй мировой войны постоянно используется не только западными историками, но и политиками. Интересно, что будущая «линия Керзона» была рекомендована в качестве восточной границы Польши Верховным Советом Антанты ещё в декабре 1919 года, то есть уже тогда считалась Западом естественной границей. Однако, внешнеполитическая практика Запада была противоположной, основанной на двойных стандартах. Двойные стандарты для себя и других, для политически «своих» и для «чужих» постоянная практика внешней политики западных стран.

Примером невыполнения договорных обязательств перед Чехословакией, вытекающих из франко-чехословацкого договора о союзе и дружбе (Париж, 25 января 1924 года) и пакта о взаимных гарантиях, подписанного 16 октября 1925 года в Локарно, стало Мюнхенское соглашение 1938 года о разделе Чехословакии. Но и гарантии государственного существования Чехословакии, вытекавшие из Мюнхенского соглашения, выполнены не были.

Не выполнены были и договорные обязательства перед Польшей, взятые буквально накануне Второй мировой войны. Десятки обещанных самолётов с экипажами не были направлены в Польшу в первые дни германского вторжения, а обещанное общее наступление французов и англичан на Западном фронте на четырнадцатый день войны не состоялось. Вместо него имела место «странная война» без военных действий на западной границе Германии. А посреди «странной войны» был подготовлен экспедиционный корпус для переброски в Финляндию на помощь Маннергейму против Красной Армии и разрабатывалась бомбардировка Баку и нефтепромыслов с последующей интервенцией в СССР через Кавказ.

Последним гигантским исторически непоправимым для совместного бытия народов, всей системы международных отношений, но закономерным для политического менталитета евроатлантической цивилизации, просчётом стало отбрасывание договорённостей Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе о нерушимости существующих на европейском континенте границ, территориальной целостности государств и невмешательстве в их внутренние дела (Хельсинская декларация 1975 года). Сиюминутная политическая цель – уничтожение СССР, социализма затмила все доводы разума и политического прагматизма. Снова в Европе война, передел границ, и для восстановления стабильности международных отношений приходится ждать события, сопоставимого по воздействию с результатами мировой войны.

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять
Штабы взаимопомощи
Психологическая помощь